Что будет с экономикой - Puzlfinance.ru
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (пока оценок нет)
Загрузка...

Что будет с экономикой

Провал-2019: Уже и Путин не верит, что сможет сделать жизнь россиян лучше

Большинство жителей страны недовольно итогами года, а нацпроекты ничего не изменят

Президент России Владимир Путин усомнился в том, что россияне почувствовали на себе эффект от реализации национальных проектов в уходящем году. Об этом глава государства заявил на совещании в Кремле 25 декабря.

«Самый главный, ключевой результат, которого нам предстоит добиться — это реальные перемены к лучшему в жизни людей, перемены, которые почувствуют наши граждане. Не уверен, что у большинства людей есть сейчас такие ощущения», — сказал Путин на заседании совета по стратегическому развитию и нацпроектам.

Правда, глава государства не столько критиковал нацпроекты как таковые, сколько посетовал, что россияне не всегда в курсе, какие результаты приносит их реализация, и сослался на опросы, в том числе проведенные Федеральной службой охраны.

Такие настроения подтверждают исследования и других организаций. Так, согласно опросу ВЦИОМ, большинство граждан оценили 2019 год, как сложный для страны. 43% респондентов назвали уходящий год трудным, еще 15% посчитали, что он был «очень тяжелым». Позитивно к этому периоду отнеслись только 30% граждан, и лишь 4% назвали уходящий год удачным.

При этом личные оценки оказались более оптимистичны. Для 47% участников опроса и их семей год стал хорошим. 33% рассказали о том, что 2019-й дался им тяжело. 53% опрошенных надеются, что в следующем году станет лучше. 43% предполагают, что будет трудно.

Такие оценки легко объяснить, если учесть, что в экономике особых успехов за последний год не произошло. Да, по официальным прогнозам рост ВВП по итогам года составит 0,8%-1,3%, а реально располагаемые доходы россиян впервые с 2014 года должны вырасти на 0,8%. Однако на фоне падения в предыдущие годы эти суммы практически не ощущаются, тем более с учетом инфляции. Хотя рост цен и находится на низком уровне в 3,5−4% (в основном из-за низкой же покупательной способности населения), это все равно выше роста доходов.

Несмотря на официальную статистику, другие цифры говорят о том, что в финансовом плане радоваться россиянам особо нечему. Например, в том же опросе ВЦИОМ выяснилось, что на новогодние расходы — подарки, застолье и развлечения — жители страны намерены потратить в среднем всего 10 478 рублей. Этот показатель стал минимальным за последние пять лет. В прошлом году сумма составляла 13 755 рублей, а в 2017-м — 14 299 рублей. То есть получается, что доходы, зарплаты и пенсии вроде как растут, а вот траты почему-то неуклонно снижаются.

Что касается пенсий, как рассказал недавно глава ПФР Антон Дроздов, они растут темпами выше инфляции, однако учитывая то, какая низкая база была изначально, средние цифры тоже получаются смехотворными. Даже по прогнозам ПФР после 18-процентного роста к 2022 году средняя пенсия будет на уровне 18 тысяч рублей. Это меньше, чем получают пенсионеры сейчас, например, в Эстонии, и на 10% не дотягивает до стандартов Международной организации труда по коэффициенту замещения утраченного заработка.

Неудивительно, что в опросе ВЦИОМ пенсионная реформа, которая вообще-то была провозглашена еще в 2018-м, была названа одним из главных событий и этого года. По словам гендиректора ВЦИОМ Валерия Федорова, этот год обошелся без таких громких негативных событий, поэтому повышение пенсионного возраста все еще продолжает оставаться волнующей темой. Несмотря на это, социальные настроения россиян немного поднялись, но могли бы вырасти куда сильнее, если бы не слабые экономические показатели.

«Объективно ситуация не особо хуже, чем в прошлом году. Пенсионная реформа — событие 2018-го, но она так запомнилась людям, что они до сих пор не могут отойти от нее. Она сохраняет актуальность и на долгосрочную перспективу, потому что у людей поменяется возраст выхода на пенсию, что тоже делает реформу актуальной и неприятной», — отметил политолог Алексей Макаркин.

Несмотря на все это, Владимир Путин считает, что в целом реализация нацпроектов и развитие экономики идет правильным путем, разве что недостаточно быстрыми темпами. Так, на том же совещании он поспорил с главой Счетной палаты Алексеем Кудриным, который заявил, что в нынешнем виде нацпроекты не приведут к достижению национальных целей, закрепленных в указе главы государства.

«Сейчас динамика по национальным целям не везде позитивная. У нас есть и по естественному приросту, по бедности, по приросту экономики значения ниже, чем дано в указе», — заявил Кудрин.

Он также выразил сомнения в том, что с 2021 года экономика страны будет расти на 3% и более, так как нацпроекты «не дают такой критической массы, таких шагов, которые вывели бы нас на эту траекторию роста». Запланированных мер не хватит для развития секторов, которые могли бы стать потенциальными драйверами экономики, особенно это касается науки, образования и здравоохранения. В качестве примера глава Счетной палаты привел Германию, где на образование тратится на 1,2% ВВП больше, то есть около 1900 долларов на человека против 650 долларов в России.

Тем не менее, президент не согласился с тем, что нацпроекты не дают результаты в здравоохранении и образовании. По его словам, без них не было бы и нынешнего уровня.

«Хотя, конечно, в других экономиках, которые прошли определенные этапы развития, там на эти направления выделяется больше ресурсов, это правда», — сказал президент.

Директор Центра политологических исследований Финансового университета при правительстве РФ Павел Салин считает, то за годы стагнации экономики терпение населения постепенно подходит к концу, поэтому даже несмотря на то, что в этом году не было таких болезненных событий как пенсионная реформа, люди склонны воспринимать ситуацию негативно. Тем более, что и ярких поводов для позитива особо нет, а нацпроекты слишком абстрактны для восприятия и еще не продемонстрировали свою эффективность.

— Основная причина таких настроений в том, что в широком смысле запас прочности населения исчерпан. У людей сформировался запрос на изменения к лучшему здесь и сейчас. Именно поэтому и не работает идея нацпроектов, которая она обещает улучшение ситуации когда-то в будущем, апеллируя к абстрактным моментам.

Например, когда недавно на пресс-конференции Владимира Путина спросили о том, почему в медицине ни пациенты недовольны услугами, ни врачи зарплатами, он начал говорить о 550 миллиардах инвестиций в здравоохранение, о том, что будет построено и реконструировано 10 тысяч зданий, закуплено 27 тысяч транспортных средств и так далее. Получается, что у населения в силу исчерпанности своего «жирового запаса» есть острая потребность изменений к лучшему здесь и сейчас, а власть этот запрос удовлетворить не может. Она обещает улучшение, но в отдаленном будущем. В этом и заключается серьезная проблема. Президент обозначил ее вчера на совещании, но не обозначил пути ее решения.

Все это влияет на уровень социального оптимизма населения, которое даже в отсутствии серьезных катаклизмов и плохих новостей перспектив для себя не видит. Призма, через которую люди смотрят на ситуацию, носит затемненный характер, все воспринимается в негативном ключе.

«СП»: — Алексей Кудрин раскритиковал нацпроекты в их нынешнем виде, возможны ли какие-то изменения их параметров?

— Думаю, никаких изменений в курсе реализации нацпроектов не будет, просто потому, что стимулов для этого нет. Владимир Путин уже заявил, что реализация нацпроектов в нынешнем виде способна обеспечить позитивный эффект.

Другое дело, что президент заявил о недопустимости пересмотра параметров нацпроектов. А в реальности явочным порядком, хотя и не совсем открыто, эти параметры уже пересматриваются.

«СП»: — Каким образом?

— Например, по нацпроекту «Доступное жилье» показатели на ближайшие два года уже снижены. Де-факто они снижены до уровня в 75 миллионов квадратных метров жилья в год. Это объем, который рынок может обеспечить и без всяких нацпроектов.

Второй важный момент в том, что постепенно происходит отказ от оперативной отчетности, а это значит, что общественность все меньше будет способна контролировать в ежегодном режиме параметры реализации нацпроектов.

Бюрократия умеет тихой сапой делать то, что ей нужно. Это не будет открытый и явный отказ от нацпроектов. Просто будет заявлено, что нужно на первое время снизить некоторые показатели. А потом окажется, как с программой «Доступное жилье», что это те показатели, на которые рынок и так бы вышел. Возникает вопрос, зачем тогда инвестировать деньги в нацпроекты?

Чисто гипотетически, такая же история возможна и с другими нацпроектами. Уже звучали заявления о том, что кассовое исполнение по некоторым проектам не очень высокое. Хотя на бумаге ситуация наверняка будет выглядеть лучше, чем в реальности, потому что когда дело касается отчетности, российская бюрократия на высоте.

Что будет с экономикой в 2020?

Экономисты, кажется, устали предсказывать наступление кризиса — в крупнейших странах мира все не так уж и плохо, даже в России производство худо-бедно растет. Хотя, если приглядеться, можно уже сейчас понять, с чего будут начинаться проблемы в будущем.

Кризис дефицита

Экономический рост чаще всего тормозится растущими процентными ставками или финансовыми провалами — это приводит к тому, что спрос в экономике на товары и услуги падает. Гораздо реже бывает замедление со стороны предложения, когда экономика неспособна работать на всю свою производительную мощность. С 1970-х годов подобной ситуации не было. Но если мировой кризис произойдет в 2020 году, он может быть как раз таким, так как его основной причиной будут торговые барьеры, возводимые между США и Китаем.

Торговая война между двумя странами, как мы знаем, усилилась в 2019 году, когда, вроде бы, все ждали ее окончания. Отношения двух стран смягчились немного в октябре после того, как был перенесен ввод некоторых тарифов, но конец вражде еще далек. Сохраняется возможность того, что средние пошлины на импорт в США вырастут в новом году до 6% — самого высокого показателя в этом веке. Более того, пошлины распространятся на импорт, которому практически нет замены. Таким образом, компании и их цепочки добавленной стоимости будут насильно изменены и порваны, что в итоге отразится на всей мировой экономике.

Стагнация Индекса деловой активности

Один из руководителей крупнейшей компании по торговле деривативами, CME Group, Скотт Бауэр, поделился с Business Insider предположениями о реальности глубокого падения мировой экономики. Обычно технической рецессией считают продолжающееся два квартала подряд снижение ВВП.

Предсказать рецессию сложно, хотя в последние месяцы многие и высказывают опасения в этом, в первую очередь, из-за того, что последний рост после Великой рецессии 2008 года длится уже рекордное время.

«История показывает, что обычно причинами рецессии являются разные дисбалансы в экономике: растущие процентные ставки, инфляция, рост цен на товары, а также любые потрясения в корпоративном секторе, что может привести к росту безработицы. Но сейчас нет ни одной из названных причин: процентные ставки чуть ли не самые низкие в истории, инфляция подавлена, а безработица также — близка к историческому минимуму», — пишет Бауэр.

Вместе с тем, он отмечает, что Индекс деловой активности, который отражает динамику заключенных контрактов в промышленности и сфере услуг — самый низкий с сентября 2009 года, а новые экспортные заказы падают самыми быстрыми темпами за 10 лет, в основном из-за торговой войны и пошлин. Это может привести к тому, что финансовый рынок будет падать и стагнировать, а это может вызвать кризис.

Можно «выдохнуть»

По мнению президента ИМЭМО имени Евгения Примакова РАН академика Александра Дынкина, мировая экономика с предыдущего кризиса растет уже 44 квартала или 133 месяца, и, исходя из теорий циклов, пора быть новому кризису: подобные опасения выросли в августе и, особенно, в сентябре, прежде всего, в связи с торговой войной США и Китая. Сегодня можно выдохнуть и выразить умеренный оптимизм.

«Была критическая ситуация с немецкой экономикой, потому что у них во втором квартале было минус 0,2% ВВП, третий квартал уже был 0,1%, так что техническую рецессию объявлять нельзя, потому что это ситуация, когда спад продолжается два квартала. Что касается вообще темпов роста, то, как сказала Кристалина Георгиева из Всемирного банка, имеет место синхронное замедление мировой экономики — но это еще не кризис. И это синхронное понижение происходит последние 7 месяцев, поэтому, я думаю, прогноз темпов роста в районе 3% — более или менее реалистический. Поэтому это скорее предупреждение, чем сам шторм», — отметил академик.

Экономист также подчеркнул, что, если начнется рецессия, то ее причины будут не экономическими, а политическими. И в этом абсолютная новизна ситуации. «Какие политические причины? Прежде всего, как я уже сказал, торговая война, это, конечно, брекзит, это блокада Ирана, это крайне неопределенные политические события в Боливии, Чили и Венесуэле. Так что «черного лебедя» можно ждать оттуда. Кроме того, сильно обострился израильско-палестинский конфликт, так что в мире очень неспокойно, и причины кризиса, если он будет, будут чисто политическими», — заметил Александр Дынкин.

Читайте также:  Как сэкономить семейный бюджет реальные советы

Финансовый сектор — слабое место

По мнению лауреата Нобелевской премии по экономике Джозефа Стиглица, который выступил в конце года с лекцией в Финансовом университете, замедление роста очевидно, но возможность серьезного финансово-экономического кризиса сомнительна. Дело в том, что Китай был локомотивом мирового роста с 2009 года — на его долю пришлось практически две трети общего роста в мире, так как он косвенно и привел к повышению цен на природные ресурсы. Теперь же китайская экономика слабеет, в том числе из-за политики США, и в мире происходит замедление. По мнению Стиглица, кризиса можно избежать путем правильного регулирования финансового сектора.

«Если финансовый сектор работает неправильно, сбоит, это может привести к глобальным экономическим кризисам, как это было в 2008 году. Да и вообще, большая часть кризисов с 80-х годов прошлого века была связана с действиями в финансовом секторе. И с ним же связано и замедление роста: если финансовый сектор работает неправильно, рост будет медленным. Отсутствие доступа к кредитованию — это одна из таких проблем. Если нет необходимых ресурсов для создания нового бизнеса или расширения действующих компаний, происходит замедление», — отметил нобелевский лауреат.

Ограничение роста, в свою очередь, приводит к ширящемуся неравенству, вызывает подрыв доверия к институтам.

«В последние годы мы наблюдаем, что развитые страны провалились во всех аспектах, о которых я упомянул. Это сильный приток средств в социально вредные отрасли: уголь, сигареты, табак, недостаточное финансирование социальных потребностей, зеленых инвестиций, происходит манипулирование рынком, неправомерная торговля, неправильное использование кредитных карт, эксплуатирование рыночных механизмов, а также хищническое кредитование. Если правительство хочет выполнять социальные обязательства, требуется эффективное действующие учреждения. Что это означает? Финансовый сектор должен работать под контролем сектора регулирования. И если у вас что-то не так или с одной, или с другой стороны, то правильного роста не добиться», — считает Джозеф Стиглиц.

Биткоин подорожает, минимум, вдвое

По мнению крупных криптоинвесторов, пишет Bloomberg, биткоин существенно подорожает в 2020 году из-за изменений в сети майнеров, которые создают новые «блоки» в блокчейне — это программные элементы, за которые майнер получает вознаграждение.

Появилось более мощное оборудование, и к блокчейну биткоина присоединилось рекордное за несколько месяцев число новых майнеров — под миллион. Хешрейт вырос на 60% (грубо говоря, это количество сложных вычислений, которые производятся в блокчейне криптовалюты за секунду). И ожидается так называемое ополовинивание — падение доходов майнеров вдвое.

Подобное происходило дважды со дня создания криптовалюты. После первого падения, когда стоимость одного блока упала с 50 до 25 биткоинов, цены затем выросли за год на 8200%, после второго «ополовинивания» в 2016 за год рост составил более 2200%. Конечно, два примера — мало, тем более, что тогда манию на рынке подогрело беспрестанное внимание прессы. Нельзя также предсказать сильный рост цены просто из-за увеличения спроса, который, впрочем, пока гораздо ниже, чем в минувшие годы, но может вновь взорваться, как только биткоин начнет быстро расти.

Пугающие прогнозы: Мировой кризис грянет в 2020 году и смоет Россию

В мире ждут очередного экономического кризиса. Он, как предсказывают многие специалисты, наступит в будущем году и по длительности и мощи превзойдет кризис 2008–2009.

Вчера управляющая МВФ заявила о рекордном замедлении роста мировой экономики. Прогноз Всемирного банка говорит о той же тенденции. Мы попытались разобраться в причинах и возможных последствиях нового кризиса для России. Самый жесткий прогноз — резкое падение рубля и рост цен, массовые увольнения и глобальная разбалансировка экономической системы.

«Идеальный шторм» сложится из нескольких объективных факторов. К ним эксперты относят повышение таможенных пошлин США и Китаем в ходе торговой войны, замедление роста глобального ВВП до 0,8%, резкое падение спроса и цен на углеводороды, «пузыри» на крупнейших фондовых рынках.

Новая управляющая Международного валютного фонда Кристалина Георгиева в программной речи заявила о рекордном замедлении роста мировой экономики: «Если произойдет серьезный спад, корпоративный долг, сопряженный с риском дефолта, повысится до 19 триллионов долларов, или почти до 40% совокупного долга в восьми ведущих экономиках. Это превышает уровни, наблюдавшиеся во время финансового кризиса». Особый акцент она делает именно на торговых войнах: «В торговой войне проигрывают все. Для мировой экономики совокупный эффект торговых конфликтов может означать потерю примерно 700 миллиардов долларов к 2020 году».

Нынешний стремительный подъем экономики США чреват биржевым крахом, по масштабу сопоставимым с Великой депрессией годов прошлого века — и тогда человечеству не избежать затяжной рецессии, предупреждает американский экономист и инвестбанкир Джеймс Рикардс.

Его соотечественник и коллега Нуриэль Рубини по прозвищу Dr. Doom, точно предсказавший драматические события 2008–2009 годов, подбрасывает дровишек в огонь: с тех пор долгов на планете стало только больше, а инструментов для борьбы с этим бременем у развитых государств Запада — меньше. Слишком много денег напечатано центробанками, слишком много активов выкуплено ими у проблемных банков. Новые «смягчения» могут быть опасны.

Кризис назрел еще и в силу циклического развития рыночной экономики: именно двенадцать лет считаются тем классическим средним сроком, что отделяет одну рецессию от другой.

Если прогноз по поводу всемирного кризиса сбудется, волна накроет и Россию. Наша страна, несмотря на декларируемые властями устойчивость экономики и статус «тихой гавани», вновь столкнется с необходимостью обрушить рубль — ради наполнения бюджета. Усилится фискальное давление на бизнес и граждан. Армия бедных получит внушительное пополнение.

В падение российского ВВП составило 7,8%, напоминает Центр конъюнктурных исследований ВШЭ, не исключая, что в ближайшие страна вновь окажется в яме — прежде всего снижения спроса и цен на нефть и газ.

К тому же выводу приходит рейтинговое агентство АКРА, отмечая: более 20% отечественных поставок за рубеж приходится на прямых участников торговых войн и страны с риском введения протекционистских мер в обозримом будущем. Среднегодовой курс доллара для 2020 года аналитики из АКРА определили в 73,8 рубля.

Российские оптимисты

Вспомним, что в октябре 2018 года премьер Дмитрий Медведев в статье для журнала «Вопросы экономики» воздвиг настоящую концептуальную цитадель, призванную развеять все сомнения в неуязвимости российской экономической системы.

Сегодня у нас устойчивый бездефицитный бюджет и низкий госдолг (особенно в иностранной валюте), а инфляция такова, что обеспечивает макроэкономическую стабильность, отметил глава кабмина. Более того, заявил Медведев, впереди новая цель — создание «прочной основы» для обеспечения устойчивого роста благосостояния как каждого человека и семьи, так и общества в целом.

В российской экспертной среде эта позиция обрела своих сторонников. Наша страна с ее международными резервами, превышающими $500 млрд, «пересидит» любой мировой кризис, считает, например, руководитель ИАЦ «Альпари» Александр Разуваев. Действительно, в 2019 и 2020 годах темпы роста ВВП составят явно невысокие 1–2%, однако на этом негатив и заканчивается, говорит он.

«Резервы государства превышают его долговые обязательства. То есть Кремль может погасить свои долги в один „клик“. Бюджет в профиците. Фондовые индексы слабо связаны с уверенностью потребителей. За счет политики умеренно слабого рубля объем несырьевого экспорта достигнет в этом году $140–150 млрд. Завершаются масштабные проекты „Газпрома“ — „Северный “, „Сила Сибири“, „Турецкий поток“. Инфляция по итогам года составит 4,2%, ключевая ставка ЦБ — 6,75%», — перечисляет эксперт составные элементы «охранной грамоты» для России.

Что касается глобальных рисков, то Разуваев называет два. , это гипотетический вооруженный конфликт на Ближнем Востоке: c одной стороны США, Саудовская Аравия и их союзники, с другой — Иран, также весьма серьезный противник в военном плане. Исход такого противостояния прогнозировать сложно, но цена нефти легко может превысить $100. Однако Трамп уже заявил, что в отношении Тегерана удовлетворится санкциями.

, это глобальная рецессия, которая обрушит нефтяные котировки и биржевые индексы. Но до президентских выборов в США в ноябре 2020 года обвала, вероятно, не будет: Трампу надо избраться. По мнению собеседника «МК», существует прямая взаимосвязь между недавним снижением базовой ставки ФРС до 1,75–2% годовых (а по кредитам «овернайт» — до 1,7% годовых) и апокалиптическими прогнозами уже на текущую осень со стороны международных финансовых институтов. Судя по всему, резюмирует аналитик, не за горами запуск Штатами новой программы количественного смягчения, размеры которой оцениваются в диапазоне $10–15 трлн. Это значит, мировая экономика опять наводнится ничем не обеспеченными долларами.

Ахилессова пята

У любого кризиса своя внутренняя логика развития. связи в экономике удивительно разнообразны и сложны, а конечный результат, как правило, непредсказуем. При этом есть важнейшие и многократно проверенные индикаторы, игнорировать которые невозможно.

Например, в США доходность краткосрочных казначейских облигаций превысила за последние месяцы доходность долгосрочных. В XX и XXI веках этот момент проявлялся несколько раз и практически всегда предвосхищал рецессию. Падение ВВП начиналось минимум через 6, максимум — через 20 месяцев после появления этого предвестника, отмечает Андрей Нечаев, профессор Российского экономического университета им. Плеханова, экономики.

«Мировая рецессия надвигается, и подтверждений более чем достаточно — как прямых, так и косвенных, — говорит он. — Темпы роста всех ведущих экономик снижаются, а в Германии этот рост почти нулевой. Ситуация с американскими гособлигациями означает, что в ожидании кризиса инвесторы сбрасывают „короткие“ бумаги. Кроме того, никто не отменял циклического характера рыночной экономики: в соответствии с давно сложившимися временными интервалами глобальный спад наступит достаточно скоро».

Для России, по словам Нечаева, жизненно важно, будет ли этот спад сравнительно непродолжительным или затянется надолго. В первом случае финансовой «подушки безопасности» может хватить, чтобы нивелировать последствия. Во втором — резко обострится проблема наполнения федерального бюджета, параметры которого придется коренным образом пересматривать.

Ахиллесова пята отечественной экономики — ее сырьевой характер. И нет никаких гарантий, что если цены на нефть, газ, металлы резко просядут, правительство не «залезет» в Фонд национального благосостояния (сейчас его объем составляет 8,17 трлн рублей, или $122,8 млрд).

Как показывает опыт предыдущего кризиса, любая государственная кубышка может быть опустошена буквально в считаные месяцы. К концу 2008 года объем Резервного фонда достиг 4,9 трлн рублей, но для стабилизации бюджета, пострадавшего от удешевления марки Brent, из него в последующие два года пришлось потратить более 4,6 трлн.

А ведь еще летом 2008 года, напоминает Нечаев, все официальные экономисты, включая тогдашнего Алексея Кудрина, уверяли, что Россия будет островом стабильности в бушующем финансовом море Запада и что нам ничто не грозит. В итоге падение ключевых макроэкономических показателей оказалось намного более серьезным, чем в Европе, США, Китае: накануне кризиса бюджет имел профицит в 1,8 трлн рублей, а год спустя — дефицит в 2,3 трлн рублей; рост ВВП в составил 5,6%, а в экономика рухнула на 7,8% (!). Вместе с ней рухнули и надежды на становление классического среднего класса, на снижение уровня бедности, на рост инвестиций в образование, здравоохранение и человеческий капитал.

С 2013 года реальные доходы населения падают, хотя в прошлом году Росстат их искусственно «натянул» до нулевой отметки. Население от всего этого смертельно устало, и, предполагает Нечаев, если страна впадет в очередной кризис, не исключены социальные потрясения.

«Массовые увольнения и рост цен»

В ближайшие планетарного финансового коллапса едва ли удастся избежать, считает доктор экономических наук Игорь Николаев. И дело не только в том, что подошел срок: с начала в мире было семь экономических кризисов, происходивших с интервалом в лет. Главное, что сформировались «пузыри», накопилась критическая масса быстрорастущих рисковых долгов.

Если посмотреть на фондовый рынок США, на отношение общей капитализации к ВВП, эти показатели сегодня примерно на том же уровне, что в 2008 году. Капитализация выросла достаточно существенно. Да, попытки избежать схлопывания предпринимаются, но потенциал таких эффективных и испытанных инструментов, как количественное смягчение, как снижение ставки ФРС, в целом уже исчерпан. Что касается России, ее положение усугубляется рядом факторов, которых 11 лет назад страна не знала.

«Прежде всего это санкции, которых наши крупные компании лишились доступа к западным рынкам капитала и теперь не могут перекредитовываться. Также это невысокие цены на нефть, низкие темпы роста ВВП, падающие доходы населения, которые прежде росли по 10–15% в год. Люди массово залезли в кредиты, им еще отдавать и отдавать долги», — перечисляет Николаев.

Читайте также:  Какие профессии связаны с экономикой

При этом неизменной остается структура российской экономики, давно и полностью себя изжившая. Все нынешние нефте- и газопроводы представляются эксперту неким шатким скелетом устаревшей модели. Чтобы их заполнять, надо постоянно разрабатывать новые, все более труднодоступные месторождения, тратить колоссальные деньги, брать для этого новые кредиты. Но что дальше с этими трубами делать?

Весь мир переходит на альтернативные источники энергии, на экологически чистые возобновляемые ресурсы. Спрос на углеводороды неумолимо снижается, рассуждает собеседник «МК». При этом, по его словам, утверждения властей, что рубль «отвязался от нефти» благодаря бюджетному правилу и цене отсечения в $41,6 за баррель, справедливы не в полной мере. Конечно, сегодня национальная валюта не так сильно реагирует на колебания на топливном рынке, как раньше, но если цена на нефть надолго упадет ниже $40, рубль уже ничто не спасет. И если мы войдем в рецессию, то застрянем там надолго. Не стоит переоценивать такие факторы, как низкий госдолг (около 16 трлн рублей) и крупные золотовалютные резервы РФ ($532,6 млрд).

«Да, хорошо, что эта „соломка“ есть. Но, чтобы поддержать национальную финансовую систему, Центробанку вновь придется распродавать валюту в больших количествах. А людей ждут задержки и замораживание зарплат, массовые увольнения, взрывной рост потребительских цен», — предупреждает Игорь Николаев.

Все улетит в тартарары

Судя по всему, последствия ожидаемого кризиса будут во многом сходны с теми, что принес России предыдущий финансовый тайфун.

Кроме удешевления основной экспортной продукции это еще и резкий спад промышленного производства. Это неминуемая девальвация рубля: для сравнения с ноября по январь его курс ослаб по отношению к доллару на 20%.

Продолжительное падение цены на нефть приведет среди прочего к разбалансировке бюджетной системы и снижению инвестиций. А все то, что правительство представляет как свои неоспоримые достижения — профицитный бюджет, низкая инфляция, мощный неприкосновенный ФНБ, — все улетит в тартараты, уверяет директор Института актуальной экономики Никита Исаев.

«Ничего другого, кроме как обрушить рубль ради наполнения скудеющей госказны, наши монетарные власти не придумают. Будут обваливать, как делали это в декабре 2014 года, когда нефть просела за год со $107 до $57. Или как в декабре , когда Brent стоил уже $37.

Бремя преодоления кризиса государство переложит на плечи простых граждан и на малый бизнес. Нас ждет дальнейшее ухудшение качества жизни и усиление налоговой нагрузки», — рассуждает аналитик.

У противников этой точки зрения, отстаивающих официальный взгляд на текущее состояние и перспективы отечественной экономики, есть еще один довод в свою пользу. Он заключается в том, что сегодня санкций и внутренней стратегии импортозамещения Россия не столь тесно интегрирована в международное разделение труда и производственные цепочки, как в 2008 году.

Да, это так, однако об экономической самодостаточности нашей страны говорить не приходится. Россия зависит от внешних поставщиков. Если, скажем, в сельском хозяйстве мы импортозаместились, то в сфере технологий это остается задачей на десятилетия вперед, напоминает профессор НИУ ВШЭ Алексей Портанский.

По его словам, той же текстильной промышленности остро не хватает новейшего импортного оборудования, закупки которого обходятся в сотни миллионов долларов ежегодно. А глобальная рецессия окончательно развеет миф о России как о «тихой гавани». Кстати, сообщил Портанский, на недавней презентации в Москве ежегодного доклада Конференции ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД), тема мирового кризиса буквально висела в воздухе и звучала в дискуссиях.

Так, значит, кризису точно быть? Вообще предугадывать и обосновывать такого рода вещи — дело в высшей степени неблагодарное. Спровоцировать катаклизм может любой, внешне ничтожный и абсолютно случайный фактор — хоть геополитический, хоть чисто финансовый. Откуда именно прилетит этот «черный лебедь» (термин, введенный в международный обиход американским экономистом Насимом Талебом для обозначения редких и неожиданных событий со значительными последствиями), сейчас не знает никто.

Что будет с экономикой России ближайшие 6 лет, простыми словами.

Готовя этот пост, я старался не трогать политику, но так получилось, что наша экономика уже давно лишена самостоятельности и почти ничего, кроме политики на нее не влияет. К счастью, политику тоже можно объяснить простыми словами.

Тема политики очень скользкая так что перед началом рассказа я просто абстрагируюсь от нее. Мое мнение на счет того кто хороший, а кто плохой не важно, считайте, что я полностью аполитичен. Но все равно мне кажется что пост могут удалить.

Представим что вы стали президентом США. Рейтинг у вас не самый лучший, да и стали вы президентом скорее из-за интереса определенного круга людей, чем из-за преобладающего количества голосов ваших избирателей. Избиратели вас не любят, надо исправлять ситуацию, а самый простой способ отвлечь людей от внутренних проблем, это найти внешнего врага. Способ используется США уже более 60ти лет. Работает на 100%. В Римской империи для этого использовали гладиаторские бои. ХЛЕБА И ЗРЕЛИЩ. Вы решаете найти врага. Хотя зачем кого-то искать, при вашем афроамериканском предшественники это был Иран, Северная Корея и Российская Федерация.

Вы считалочкой эники бэники ели. выбираете одну из этих стран и палец тыкает прямо в Иран. Блин. Вы же с ними только что мирный договор заключили. Да ладно, просто бумажки, все отменяем и под санкции. Ваш партнер в Лице Саудовской Аравии вам только спасибо скажет. А если Иран хорошо себя будет вести санкции отменим.

Так, кто там остался. Снова считалочка. О, Северная Корея. Они же ядерное оружие произвели, да и угрозы на весь мир транслируют, хотя это не доказано, но когда это вас останавливало? Кто там у нас Северную Корею контролирует, а точно Китай.

— Усмири своего друга?

— Ага щас, разбежался.

— Пошлину на все китайские товары в США введу!

-Ладно, что так сразу-то, сейчас я Киму позвоню.

И вот впервые за многие годы Северная и Южная Корея ведут переговоры о мирном урегулировании. Как быстро я все разрулил думаете вы. Пока так прет надо продолжать. Кто там остался из списка. О, Россия. Пора бы их усмирить, а то совсем обнаглели, в Сирии против нас кхм., т.е. против умеренной оппозиции воевать. Да и дешевая нефть из Сирии уже не так активно к нам поступает, а военные бюджеты растут.

-Выводи войска из Сирии?

-Ты ввел санкции против наших банков, госпредприятий, политиков, даже против моей собаки, ты бы еще против Дерипаски санкции ввел.

-А вот возьму и введу!

Как в правилах хорошего гоп стопа, было бы желание, а до чего докопаться всегда найдем. Британия обвиняет Россию в попытке применения хим оружия на ее территории закручивает снова тему со Скрипалем. Российских дипломатов почти со всех европейских стран высылают. А против предприятия Дерипаски вводят санкции.

Экономический эффект от этого сразу же ощутили индексы российских бирж. Чтобы вы понимали, что будет в долгосрочном эффекте объясню, что такое предприятие Дерипаски. Это почти все алюминиевое производство России, я уже не говорю про смежные предприятия. Количество сотрудников, ощутивших последствия санкций порядка 60000 человек. Но на самом деле гораздо больше.

Есть такая штука называется мультипликационный эффект. Представьте, вы обычный россиянин работающий на крупном предприятии, у вас жена и ребенок. Такой же обычный предприниматель из вашего города берет кредит в банке и открывает пекарню со 100 работниками, вы покупаете у него хлеб и кормите им свою семью, все довольны. Забыл сказать. Работаете вы на предприятии Дерипаски, и сейчас заказов стало гораздо меньше, ведь алюминий, что он продавал за границу теперь запрещено покупать. В итоге принято решение вас сократить. Вы не можете купить хлеб, это плохо для вашей жены и ребенка, проблемы так же начинаются у 100 сотрудников пекарни, которым сокращают или задерживают зарплату, ведь уволили не вас одного и много кто перестал покупать хлеб. Отделения банка где предприниматель брал кредит на пекарню, вообще закрылось, ведь кредит оно выдавало не только пекарне, а всем предприятиям города и никто ни у кого, ничего не покупает, кредиты не отдает и вообще безработица начинает бить все рекорды.

Теперь представьте, что вы российский президент. Вас только что избрали на 6 лет, а значит можно немножко пошалить.

Но как гром среди ясного неба война в Сирии съедает бюджет быстрее, чем растут цены на продукты в магазинах, санкции длятся 4й год, коррупция в стране поставила Россию на один уровень с Ираном и Непалом, Навальный опять собирает митинг. И вы уже потихоньку начинаете жалеть, что избирались на второй срок. Но русские не сдаются. Вы у власти уже 18 лет и прекрасно знаете что делать.

Войну в Сирии надо выиграть раз уж начали, чего бросать, тем более любой стране всегда нужен внешний враг, так что продолжаем отвлекать россиян от внутренних проблем, внешними победами. Цены на продукты всегда росли, ничего страшного, пусть вместо цен телевизор лучше смотрят, там как раз про очередную победу в Сирии рассказывают. А Навальный, да господи, опять на 20 суток посадим, а митинг Росгвардия разгонит. Не зря же вы ее недавно сформировали. Ну а уж если будет сильная безработица, обвиним во всем Америку, в конце концов это она санкции ввела. Все, все проблемы решены, ах да коррупция. Ну вообще-то коррупция была в России со времен основания Руси, и никто из российских правителей не мог ее искоренить, кто вы такой чтобы так радикально менять российские традиции, так что пусть мой приемник парится.

Как вы поняли, с экономикой российские власти ничего делать не будут, почему? Да потому что единственный реальный способ развить экономику России в условиях санкций это стимулировать развитие малого и среднего бизнеса, снижения налоговой нагрузки, но все это невозможно без ликвидации этой тотальной коррупции.

Вот и получается, что экономика России полностью зависит от наших политиков, других врагов у США с которыми им нужно сражаться пока нет, поэтому они предпочтут продолжить баталии с нами еще очень долго. С коррупцией бороться тоже никто не собирается, так что ситуация с нашей экономикой весьма плачевна. Ранее я давал прогноз на 70 рублей за доллар до конца года, почему-то мне кажется что это не предел. Цены на продукты и энергоносители дальше продолжат свой рост, а единственной перспективной сферой экономики России на ближайшие 6 лет станет сельское хозяйство, сфера услуг и ритейл продуктов питания и только их. Потому что экономить россияне будут на всем остальном. Большинство россиян в условиях ухудшения экономических ситуаций начнут искать способы стабильного дохода, многие из них переключится на криптовалюты т.к. расти они будут стабильно.

Повторюсь еще раз я полностью аполитичен и не придерживаюсь чьей-то определенной стороны. Мне бы очень хотелось вместо этого негативного и холодного прогноза сказать вам что все будет хорошо и мы наконец выберемся из всей этой ситуации, но лучше я скажу правду. А то, что все будет хорошо вы сможете услышать и от наших политиков из новостей.

Единственный способ уберечься от всего этого, это вложить свои сбережения в те сферы, что я описал. Если вы не бизнесмен и просто хотите не потерять свои деньги, купите доллары, покупайте только реальные деньги в обмениках или положите их на долларовый депозит. Никаких сделок в терминале, комиссия съест ваши доходы. До конца года цена доллара достигнет 70 рублей.

«Мировой экономический кризис грянет в 2020 году и накроет Россию»

Прогнозы экономистов прозвучали пугающе

09.10.2019 в 12:50, просмотров: 252183

В мире ждут очередного экономического кризиса. Он, как предсказывают многие специалисты, наступит в будущем году и по длительности и мощи превзойдет кризис 2008—2009.

Вчера управляющая МВФ заявила о рекордном замедлении роста мировой экономики. Прогноз Всемирного банка говорит о той же тенденции. Мы попытались разобраться в причинах и возможных последствиях нового кризиса для России. Самый жесткий прогноз — резкое падение рубля и рост цен, массовые увольнения и глобальная разбалансировка экономической системы.

«Идеальный шторм» сложится из нескольких объективных факторов. К ним эксперты относят повышение таможенных пошлин США и Китаем в ходе торговой войны, замедление роста глобального ВВП до 0,8%, резкое падение спроса и цен на углеводороды, «пузыри» на крупнейших фондовых рынках.

Читайте также:  Мобильный банк сбербанк экономный пакет что входит

Новая управляющая Международного валютного фонда Кристалина Георгиева в программной речи заявила о рекордном замедлении роста мировой экономики: «Если произойдет серьезный спад, корпоративный долг, сопряженный с риском дефолта, повысится до 19 триллионов долларов, или почти до 40% совокупного долга в восьми ведущих экономиках. Это превышает уровни, наблюдавшиеся во время финансового кризиса». Особый акцент она делает именно на торговых войнах: «В торговой войне проигрывают все. Для мировой экономики совокупный эффект торговых конфликтов может означать потерю примерно 700 миллиардов долларов к 2020 году».

Нынешний стремительный подъем экономики США чреват биржевым крахом, по масштабу сопоставимым с Великой депрессией 30-х годов прошлого века — и тогда человечеству не избежать затяжной рецессии, предупреждает американский экономист и инвестбанкир Джеймс Рикардс.

Его соотечественник и коллега Нуриэль Рубини по прозвищу Dr. Doom, точно предсказавший драматические события 2008—2009 годов, подбрасывает дровишек в огонь: с тех пор долгов на планете стало только больше, а инструментов для борьбы с этим бременем у развитых государств Запада — меньше. Слишком много денег напечатано центробанками, слишком много активов выкуплено ими у проблемных банков. Новые «смягчения» могут быть опасны.

Кризис назрел еще и в силу циклического развития рыночной экономики: именно двенадцать лет считаются тем классическим средним сроком, что отделяет одну рецессию от другой.

Если прогноз по поводу всемирного кризиса сбудется, волна накроет и Россию. Наша страна, несмотря на декларируемые властями устойчивость экономики и статус «тихой гавани», вновь столкнется с необходимостью обрушить рубль — ради наполнения бюджета. Усилится фискальное давление на бизнес и граждан. Армия бедных получит внушительное пополнение.

В 2009-м падение российского ВВП составило 7,8%, напоминает Центр конъюнктурных исследований ВШЭ, не исключая, что в ближайшие год-полтора страна вновь окажется в яме — прежде всего из-за снижения спроса и цен на нефть и газ.

К тому же выводу приходит рейтинговое агентство АКРА, отмечая: более 20% отечественных поставок за рубеж приходится на прямых участников торговых войн и страны с риском введения протекционистских мер в обозримом будущем. Среднегодовой курс доллара для 2020 года аналитики из АКРА определили в 73,8 рубля.

Российские оптимисты

Вспомним, что в октябре 2018 года премьер Дмитрий Медведев в статье для журнала «Вопросы экономики» воздвиг настоящую концептуальную цитадель, призванную развеять все сомнения в неуязвимости российской экономической системы.

Сегодня у нас устойчивый бездефицитный бюджет и низкий госдолг (особенно в иностранной валюте), а инфляция такова, что обеспечивает макроэкономическую стабильность, отметил глава кабмина. Более того, заявил Медведев, впереди новая цель — создание «прочной основы» для обеспечения устойчивого роста благосостояния как каждого человека и семьи, так и общества в целом.

В российской экспертной среде эта позиция обрела своих сторонников. Наша страна с ее международными резервами, превышающими $500 млрд, «пересидит» любой мировой кризис, считает, например, руководитель ИАЦ «Альпари» Александр Разуваев. Действительно, в 2019 и 2020 годах темпы роста ВВП составят явно невысокие 1–2%, однако на этом негатив и заканчивается, говорит он.

«Резервы государства превышают его долговые обязательства. То есть Кремль может погасить свои долги в один «клик». Бюджет в профиците. Фондовые индексы слабо связаны с уверенностью потребителей. За счет политики умеренно слабого рубля объем несырьевого экспорта достигнет в этом году $140–150 млрд. Завершаются масштабные проекты «Газпрома» — «Северный поток-2», «Сила Сибири», «Турецкий поток». Инфляция по итогам года составит 4,2%, ключевая ставка ЦБ — 6,75%», — перечисляет эксперт составные элементы «охранной грамоты» для России.

Что касается глобальных рисков, то Разуваев называет два. Во-первых, это гипотетический вооруженный конфликт на Ближнем Востоке: c одной стороны США, Саудовская Аравия и их союзники, с другой — Иран, также весьма серьезный противник в военном плане. Исход такого противостояния прогнозировать сложно, но цена нефти легко может превысить $100. Однако Трамп уже заявил, что в отношении Тегерана удовлетворится санкциями.

Во-вторых, это глобальная рецессия, которая обрушит нефтяные котировки и биржевые индексы. Но до президентских выборов в США в ноябре 2020 года обвала, вероятно, не будет: Трампу надо избраться. По мнению собеседника «МК», существует прямая взаимосвязь между недавним снижением базовой ставки ФРС до 1,75–2% годовых (а по кредитам «овернайт» — до 1,7% годовых) и апокалиптическими прогнозами уже на текущую осень со стороны международных финансовых институтов. Судя по всему, резюмирует аналитик, не за горами запуск Штатами новой программы количественного смягчения, размеры которой оцениваются в диапазоне $10–15 трлн. Это значит, мировая экономика опять наводнится ничем не обеспеченными долларами.

Ахилессова пята

У любого кризиса своя внутренняя логика развития. Причинно-следственные связи в экономике удивительно разнообразны и сложны, а конечный результат, как правило, непредсказуем. При этом есть важнейшие и многократно проверенные индикаторы, игнорировать которые невозможно.

Например, в США доходность краткосрочных казначейских облигаций превысила за последние месяцы доходность долгосрочных. В XX и XXI веках этот момент проявлялся несколько раз и практически всегда предвосхищал рецессию. Падение ВВП начиналось минимум через 6, максимум — через 20 месяцев после появления этого предвестника, отмечает Андрей Нечаев, профессор Российского экономического университета им. Плеханова, экс-министр экономики.

«Мировая рецессия надвигается, и подтверждений более чем достаточно — как прямых, так и косвенных, — говорит он. — Темпы роста всех ведущих экономик снижаются, а в Германии этот рост почти нулевой. Ситуация с американскими гособлигациями означает, что в ожидании кризиса инвесторы сбрасывают «короткие» бумаги. Кроме того, никто не отменял циклического характера рыночной экономики: в соответствии с давно сложившимися временными интервалами глобальный спад наступит достаточно скоро».

Для России, по словам Нечаева, жизненно важно, будет ли этот спад сравнительно непродолжительным или затянется надолго. В первом случае финансовой «подушки безопасности» может хватить, чтобы нивелировать последствия. Во втором — резко обострится проблема наполнения федерального бюджета, параметры которого придется коренным образом пересматривать.

Ахиллесова пята отечественной экономики — ее сырьевой характер. И нет никаких гарантий, что если цены на нефть, газ, металлы резко просядут, правительство не «залезет» в Фонд национального благосостояния (сейчас его объем составляет 8,17 трлн рублей, или $122,8 млрд).

Как показывает опыт предыдущего кризиса, любая государственная кубышка может быть опустошена буквально в считаные месяцы. К концу 2008 года объем Резервного фонда достиг 4,9 трлн рублей, но для стабилизации бюджета, пострадавшего от удешевления марки Brent, из него в последующие два года пришлось потратить более 4,6 трлн.

А ведь еще летом 2008 года, напоминает Нечаев, все официальные экономисты, включая тогдашнего вице-премьера Алексея Кудрина, уверяли, что Россия будет островом стабильности в бушующем финансовом море Запада и что нам ничто не грозит. В итоге падение ключевых макроэкономических показателей оказалось намного более серьезным, чем в Европе, США, Китае: накануне кризиса бюджет имел профицит в 1,8 трлн рублей, а год спустя — дефицит в 2,3 трлн рублей; рост ВВП в 2008-м составил 5,6%, а в 2009-м экономика рухнула на 7,8% (!). Вместе с ней рухнули и надежды на становление классического среднего класса, на снижение уровня бедности, на рост инвестиций в образование, здравоохранение и человеческий капитал.

С 2013 года реальные доходы населения падают, хотя в прошлом году Росстат их искусственно «натянул» до нулевой отметки. Население от всего этого смертельно устало, и, предполагает Нечаев, если страна впадет в очередной кризис, не исключены социальные потрясения.

«Массовые увольнения и рост цен»

В ближайшие год-два планетарного финансового коллапса едва ли удастся избежать, считает доктор экономических наук Игорь Николаев. И дело не только в том, что подошел срок: с начала 1960-х в мире было семь экономических кризисов, происходивших с интервалом в семь-десять лет. Главное, что сформировались «пузыри», накопилась критическая масса быстрорастущих рисковых долгов.

Если посмотреть на фондовый рынок США, на отношение общей капитализации к ВВП, эти показатели сегодня примерно на том же уровне, что в 2008 году. Капитализация выросла достаточно существенно. Да, попытки избежать схлопывания предпринимаются, но потенциал таких эффективных и испытанных инструментов, как количественное смягчение, как снижение ставки ФРС, в целом уже исчерпан. Что касается России, ее положение усугубляется рядом факторов, которых 11 лет назад страна не знала.

«Прежде всего это санкции, из-за которых наши крупные компании лишились доступа к западным рынкам капитала и теперь не могут перекредитовываться. Также это невысокие цены на нефть, низкие темпы роста ВВП, падающие доходы населения, которые прежде росли по 10–15% в год. Люди массово залезли в кредиты, им еще отдавать и отдавать долги», — перечисляет Николаев.

При этом неизменной остается структура российской экономики, давно и полностью себя изжившая. Все нынешние нефте- и газопроводы представляются эксперту неким шатким скелетом устаревшей модели. Чтобы их чем-то заполнять, надо постоянно разрабатывать новые, все более труднодоступные месторождения, тратить колоссальные деньги, брать для этого новые кредиты. Но что дальше с этими трубами делать?

Весь мир переходит на альтернативные источники энергии, на экологически чистые возобновляемые ресурсы. Спрос на углеводороды неумолимо снижается, рассуждает собеседник «МК». При этом, по его словам, утверждения властей, что рубль «отвязался от нефти» благодаря бюджетному правилу и цене отсечения в $41,6 за баррель, справедливы не в полной мере. Конечно, сегодня национальная валюта не так сильно реагирует на колебания на топливном рынке, как раньше, но если цена на нефть надолго упадет ниже $40, рубль уже ничто не спасет. И если мы войдем в рецессию, то застрянем там надолго. Не стоит переоценивать такие факторы, как низкий госдолг (около 16 трлн рублей) и крупные золотовалютные резервы РФ ($532,6 млрд).

«Да, хорошо, что эта «соломка» есть. Но, чтобы поддержать национальную финансовую систему, Центробанку вновь придется распродавать валюту в больших количествах. А людей ждут задержки и замораживание зарплат, массовые увольнения, взрывной рост потребительских цен», — предупреждает Игорь Николаев.

Все улетит в тартарары

Судя по всему, последствия ожидаемого кризиса будут во многом сходны с теми, что принес России предыдущий финансовый тайфун.

Кроме удешевления основной экспортной продукции это еще и резкий спад промышленного производства. Это неминуемая девальвация рубля: для сравнения с ноября 2008-го по январь 2009-го его курс ослаб по отношению к доллару на 20%.

Продолжительное падение цены на нефть приведет среди прочего к разбалансировке бюджетной системы и снижению инвестиций. А все то, что правительство представляет как свои неоспоримые достижения — профицитный бюджет, низкая инфляция, мощный неприкосновенный ФНБ, — все улетит в тартараты, уверяет директор Института актуальной экономики Никита Исаев.

«Ничего другого, кроме как обрушить рубль ради наполнения скудеющей госказны, наши монетарные власти не придумают. Будут обваливать, как делали это в декабре 2014 года, когда нефть просела за год со $107 до $57. Или как в декабре 2015-го, когда Brent стоил уже $37.

Бремя преодоления кризиса государство переложит на плечи простых граждан и на малый бизнес. Нас ждет дальнейшее ухудшение качества жизни и усиление налоговой нагрузки», — рассуждает аналитик.

У противников этой точки зрения, отстаивающих официальный взгляд на текущее состояние и перспективы отечественной экономики, есть еще один довод в свою пользу. Он заключается в том, что сегодня из-за санкций и внутренней стратегии импортозамещения Россия не столь тесно интегрирована в международное разделение труда и производственные цепочки, как в 2008 году.

Да, это так, однако об экономической самодостаточности нашей страны говорить не приходится. Россия по-прежнему зависит от внешних поставщиков. Если, скажем, в сельском хозяйстве мы чуть-чуть импортозаместились, то в сфере технологий это остается задачей на десятилетия вперед, напоминает профессор НИУ ВШЭ Алексей Портанский.

По его словам, той же текстильной промышленности остро не хватает новейшего импортного оборудования, закупки которого обходятся в сотни миллионов долларов ежегодно. А глобальная рецессия окончательно развеет миф о России как о «тихой гавани». Кстати, сообщил Портанский, на недавней презентации в Москве ежегодного доклада Конференции ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД), тема мирового кризиса буквально висела в воздухе и звучала в дискуссиях.

Так, значит, кризису точно быть? Вообще предугадывать и обосновывать такого рода вещи — дело в высшей степени неблагодарное. Спровоцировать катаклизм может любой, внешне ничтожный и абсолютно случайный фактор — хоть геополитический, хоть чисто финансовый. Откуда именно прилетит этот «черный лебедь» (термин, введенный в международный обиход американским экономистом Насимом Талебом для обозначения редких и неожиданных событий со значительными последствиями), сейчас не знает никто.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector